Международный прорыв НБА: Лига расширяет границы

    Международный прорыв НБА: Лига расширяет границы

    «ПБ» продолжает публикацию гигантского исследования наших коллег из Sports Illustrated, описавших ключевые моменты становления эры «международных игроков» в НБА.

    Текст: Эндрю Шарп, Sports Illustrated; Перевод: «Планета Баскетбол»

    Предисловие. Как Шарунас Марчюленис открыл ящик Пандоры

    Глава 1. Вызовы и решения

    Глава 2. Тинэйджер, который изменил все

    Глава 3. «Латвия, а не «Лативия»


    Глава 4. Лига расширяет границы

    Когда Ким Бохуни впервые летела из Атланты в СССР в команде Turner Sports, в СССР существовали законы, запрещавшие гражданам этой страны встречаться с гражданами стран «Западного мира» в отелях или квартирах. Иными словами, иностранцу в СССР делать было особо нечего. Посему Бохуни только и оставалось, что ходить на матчи московского ЦСКА. Там она познакомилась с Шарунасом Марчюленисом, Александром Волковым, Арвидасом Сабонисом и другими звездами советской сборной. Спустя 30 лет, Ким Бохуни, старший вице-президент департамента международных отношений НБА, продолжает размывать геополитические границы мира, выполняя задания своего работодателя.

    «Я ощущаю себя большим везунчиком. Мне повезло работать с огромным количеством прекрасных людей. Так, многие экс-игроки, закончив карьеру, стали у руля национальных федераций своих стран. Андрей Кириленко в России, Хорхе Гарбахоса в Испании, Арвидас Сабонис в Литве, Рашо Нестерович в Словении. Яо Мин вернулся в Китай, где реализует множество проектов. У нас есть отношения, и они продолжаются, ведь парни вновь приходят к нам с желанием расширить границы баскетбола в своей стране. Поэтому мы работаем вместе. Я подобного не ждала, но очень рада происходящему», — рассуждает Ким Бохуни.

    Инвестиции НБА в мировой баскетбол — это история социальной ответственности, которая подпитывается грамотной бизнес-стратегией. Именно так можно описать программу «Баскетбол без границ» — серию развивающих лагерей по всему миру, дающую возможность талантливым молодым игрокам поработать со звездами НБА и тренерами, а также засветиться перед скаутами всех клубов лиги.

    Владе Дивац: «Баскетбол без границ» — программа, которая меняет жизни людей. Я отношусь к ней как к своему ребенку.

    Ким Бохуни: Когда мы начинали все это, в 2001-м, Владе был в офисе лиги. Мы снимали рекламу для ООН о наркотиках на Балканах. Мы закончили съемку, и здесь представитель ООН говорит мне: «Мы можем отойти на пару слов?». Он начал рассказывать о том, что ООН давно пыталась объединить молодежь шести балканских стран, но методы не работали — ни музыка, ни футбол. Слишком большим стал разрыв между странами. «Остался только баскетбол. Может, мы попробуем?», — сказал он.

    Александр Вульф (журналист Sports Illustrated): В то время в Югославии началась война. Дивац, Раджа, Кукоч, Петрович... Все они — продукты югославской баскетбольной системы, они играли вместе. И они начали всерьез бояться за то, что в Белграде или в Загребе, смотря матч по телевизору, увидят, как они улыбаются друг другу — теперь эти страны враждовали. Весь этот сериал начала 90-х по-настоящему разочаровывал.

    Владе Дивац: Югославия была большой страной, в которой совмещались разные культуры, разные религии — из-за этого, собственно, и началась война. В то же время, в НБА играли многие югославские игроки, разных этнических групп. И все мы были друзьями.

    Ким Бохуни: Владе сказал мне: «Позвони Кукочу и заставь его присоединиться к нам». Понятно, почему: Дивац — серб, Кукоч — хорват. Я не успела сформировать наше предложение, как Тони сказал: «Я в деле».

    enter image description here

    Владе Дивац: Моя идея в 2001-м была такой: «Давайте сделаем посыл для следующих поколений. Ради чего мы здесь воюем, для чего?». Мы решили собрать группы сербских, хорватских, боснийских, македонских и словенских детей. И отправить их в Тревизо.

    Ким Бохуни: Мы собрали всех вместе и сказали: «Так, вы будете «Чикаго Буллс», а вы — «Нью-Йорк Никс». Хотя в комнате были и сербы, и хорваты, и македонцы... Мы сделали отличные призы. Команда-победитель получала полный комплект специальных костюмов. Господи, что началось, когда дети их увидели... Они попросту забыли, откуда они. Они просто хотели победить.

    Владе Дивац: Там был Пежа Стоякович, Тони Кукоч, я, другие ребята. Мы тренировали, общались. Было классно.

    Ким Бохуни: Чистое волшебство. В конце лагеря все игроки обменивались телефонами, адресами — это был очень эмоциональный момент. Я полагаю, что мы не разрешили международной проблемы, но точно сделали шаг в правильном направлении.

    Владе Дивац: К тому же, мы показали НБА, что такое можно провести не только на Балканах, а и во всем мире.

    Ким Бохуни: Мы осознали, что сделали нечто особенное. После мы общались с Дэвидом Стерном и Россом Граником (заместителем Стерна), которые выражали нам большую поддержку. Я сказала им: «Как вы знаете, мы реализовали этот проект. Если вы собираетесь делать игру по-настоящему глобальной, самое время вложиться сюда».

    Александр Вульф: Только необычайный космополитизм Стерна привел его к осознанию того, насколько большим был шанс. Не так давно и Адам Сильвер показал открытость уровня Стерна. Они поняли, что этот продукт может путешествовать. В мире прекрасно понимали, что такое баскетбол, не нужно было учить людей бросать мяч в кольцо. В этом было главное зерно успеха.

    Ким Бохуни: Дэвид Стерн уже тогда понимал масштабы потенциала НБА как глобальной лиги. Когда мы начали расширять границы, стало понятно, что мы не только укрепим спортивную составляющую, но и расширим аудиторию, а также увеличим доходы.

    Александр Вулф: Важно, что все эти люди могли то ли не проявить нужной настойчивости, то ли быть слишком осторожными, но так не случилось. И в этом огромная заслуга Ким, которая понимала, как работать с этими парнями. Она знала их намного раньше других, прямо с момента драфта, пыталась облегчить период адаптации. Этот момент нельзя недооценивать, так как на старте «международного прорыва» первым игрокам было очень непросто, многие из них не имели мгновенного успеха.

    Ким Бохуни: В следующем году мы провели «Баскетбол без границ» в Греции и Турции. Проект окончательно превратился в развивающую баскетбольную программу со своими культурными элементами. Могу сказать с уверенностью, что без поддержки ФИБА мы это не сделали бы.

    Брукс Мик: Помощь от ФИБА в скаутинге, в предоставлении ресурсов, была критически важной. Также важно, что ФИБА поощряла те федерации, которые отправляли игроков в лагерь. Ведь «Баскетбол без границ» — это механизм, отмечающий твои успехи на площадке. Если ты пробился в национальную сборную, ты — молодец. Это знак качества.

    Ким Бохуни: В ФИБА одобрили нашу идею, поддержали ее, затем начали работать с федерациями, чтобы заполучить тех игроков, которых мы хотели. С тех пор проект только рос.

    Сегодня НБА проводит мероприятия под вывеской «Баскетбол без границ» в 28 странах на шести континентах. Одним из самых амбициозных проектов лиги было установление взаимоотношений с Африкой. Летом 2017-го в Йоханнесбурге, во время второй игры НБА Африка, был открыт постоянный офис лиги. Однако в начале организация лагеря в основном легла на плечи двух людей — нынешнего вице-президента НБА Африка Амаду Фалля и молодого скаута по имени Масаи Уджири.

    Масаи Уджири (генеральный менеджер «Торонто Рэпторс»): На старте мы назвали этот проект «Африка 100». Мы с Амаду объездили всю Африку, чтобы отобрать детишек.

    Ким Бохуни: Мы собрали 100 детей, а затем осознали, что наш лагерь — один на всю Африку. Оцените масштабы такого континента, а затем подумайте о том, что они никогда не собирали лучших под одной крышей.

    Масаи Уджири: Все мы хотим впечатлить скаутов, ведь так? Поэтому мы привезли туда всех этих детей ростом 210+. Но никто из них не мог бросать! Вообще! Никто не мог водить мяч. Одни блок-шоты, никто не забивал. Мяч возле кольца — восемь рук рядом. Мы поняли, что попутно нужно как-то развивать школу игроков задней линии.

    Горги Дьенг (центровой «Миннесоты»): Всю свою жизнь я играл в футбол. Но затем сильно вырос, не мог найти подходящей обуви, посему перешел в баскетбол. Я знал о НБА с детства, но впервые встретил игроков НБА только в 17 лет. Дирк Новицки, Крис Бош, Дуайт Ховард — они были первыми. В тот момент я осознал, что хотел бы пойти по их стопам.

    Брукс Мик: Я запомнил Горги по первому лагерю в Йоханнесбурге. Он не говорил ни слова по-английски, но каким-то образом подошел ко мне со словами «Запомните, однажды я буду играть в НБА». На очень ломанном английском. Однако по таланту, по строению тела, уже было понятно, какой растет игрок.

    enter image description here

    Дирк Новицки: Горги был одним из лучших игроков лагеря. Если правильно помню, он стал MVP. Он выделялся мощью на фоне более молодых, менее развитых физически игроков.

    Горги Дьенг: Даже сейчас, когда мы играем против команды Дуайта Ховарда, он постоянно потешается надо мной, травит шутки. Люди думают, что я сошел с ума, но он реально знает меня с детства. Дирк — очень приятный парень. Позже мне повезло поработать с его бросковым тренером из Германии, Хольгером.

    Дикембе Мутомбо (легенда НБА, африканский центровой): Лагеря дают игрокам возможность прогрессировать. Да, пусть не все попадут в НБА. Но один только шанс попасть в колледж, на стипендию... Многие стучатся в эту дверь.

    Ким Бохуни: Мы всегда проводим открытие лагеря с вопросами и ответами. То, на чем мы всегда делаем ударение: «Мы знаем, что агенты пойдут за вами с самых ранних лет. Но если вы хотите играть в колледже, вы не можете подписывать никаких сделок с ними». Мы постоянно напоминаем о правилах и принципах, потому что NCAA еще дальше от них, чем мы. Не все понимают, о чем идет речь.

    enter image description here

    Брукс Мик: Горги всегда был готов к самостоятельным решениям — от нас требовалась информация. Ты говоришь ему: «Горги, что ты думаешь о возможности поиграть в колледже?». Он отвечает: «Да, есть вот такие варианты». И ты стараешься снабдить его максимально полной информацией. Все же в лиге хватает ребят, которые пришли туда сразу после школы. Главное в нашей работе — дать полную и максимально точную информацию, позволяя им принять свое решение, основанное на этих фактах. Да, большинство людей старается сделать деньги на таких решениях, но мы нацелены только на то, чтобы эти дети пришли к успеху в жизни и баскетболе.

    Горги Дьенг: Я до сих пор общаюсь с Бруксом. Он помогал мне выбрать колледж, хотя постоянно говорил: «Это решение должен принять ты и только ты». Брукс, Ким, Амаду Фалль — с ними я общаюсь почти каждый день, или несколько раз в неделю. Они постоянно переживают за тем, правильно ли все делаю, и пытаются предостеречь от решений, которые загонят меня в тупик.

    Брукс Мик: После ты видишь Горги на поле в Финале четырех NCAA. Он выигрывает титул чемпиона. Женится и становится отцом. Потом получает хороший контракт в «Миннесоте». Моя жена тоже работает в НБА и мы смотрели с ней многие матчи с участием Горги. Можно сказать, сделали свой вклад в его развитие.

    Масаи Уджири: Честно, когда я говорю о «Баскетболе без границ», у меня почти слезы на глазах. Потом я понимаю: «Но ты же можешь сделать что-то большее!».

    Горги Дьенг: Я пытаюсь делать разные проекты в Сенегале. Школы и медицина — две области, на которые направлен фокус. В этом году мы строим в Сенегале новый центр диализа. Ведь получается как: если человек в Сенегале заболел, он едет лечиться во Францию. А те, у кого такой возможности нет, просто умирают. Моя задача — помочь этим людям по максимуму.

    Дикембе Мутомбо: Наши сердца все равно в Африке. Мы хотим убедиться в том, что баскетбол распространяется по континенту — для этого идет вложение всех ресурсов и средств.

    enter image description here

    Адам Сильвер (комиссионер НБА): Я думаю, игроки чувствуют ответственность и желание сделать что-то взамен. Это давняя традиция, которую мы с Мишель Робертс (глава профсоюза игроков НБА), унаследовали от наших предшественников. Когда ты едешь в ту же Африку, говоришь с людьми о нашей игре, здоровье, дисциплине, лидерстве, работе в команде — все эти вещи позволяют улучшить жизнь людей.

    Масаи Уджири: Допустим, из 100 детишек, которых мы отбираем в лагерь, игроками НБА станут три, максимум — пять. А что остальные? Они-то поедут домой, но они будут думать иначе, будут больше знать об игре. Границы сознания расширятся.

    Адам Сильвер: В прошлом году мы были в Йоханнесбурге, и знали, что матч НБА — большая история для Южной Африки. Но мы понятия не имели, насколько большой эта история была для всего континента. Я успел встретиться с 20 министрами спорта разных стран. Они все приехали на игру, все хотели встретиться и попробовать договориться о подобном мероприятии в их стране.

    Серж Ибака: Я езжу домой практически каждое лето, и то, что делает НБА в Африке... Я был бы не против оказаться на месте нынешних детей, которым дают подобные шансы. Те же лагеря, которые проводит НБА в Африке. Когда я начинал играть, у нас не было ничего этого. Я не знал ничего ни о каких академиях или лагерях.

    Адам Сильвер: Понимание того, что тренировки — очень важны, имеет критическое значение. Например, игроки в США — они все проходят через систему. К тому же, мы тоже имеем свои плюсы от этого, расширяя пул классных игроков для лиги. Прекрасные игроки — сильная лига, ведь правда? А затем эти ребята популяризируют нашу игру по всему миру.

    Масаи Уджири: Подумайте о многих местных тренерах, которые приезжают к нам в лагерь. Мы с Амаду начинали проект в 2003-м — и где мы оказались. Тот же Люк Мба а Муте — каких высот добился он. Это вдохновляет.

    Ким Бохуни: Мы в процессе постоянной стройки. Одна из главных молодых звезд лиги — Джоэль Эмбиид. Люк Мба а Муте — он познакомился с баскетболом в лагере-2003. На тот момент он не был уверен в том, что это его игра, но он решился, поехал в США, поступил в колледж. Мы общались с Люком и предложили ему сделать собственный лагерь, базируясь на предыдущих успехах. И на следующий год в его лагерь приехал Джоэль Эмбиид...

    Окончание следует.

    Наши партнеры